Архитектурно-функциональные решения

Богатые владения

Богатые владения
Оценить статью

1559764b46e3В XI веке это стремление к размеренной монастырской жизни было совершенно беспримерным. Пожалуй, только здесь лучшие умы могли найти спокойное и надежное убежище, жизнь духа, порядок и мир. Большинство мужчин и женщин, вставших на путь монашества, отнюдь не были выходцами из народа, а наоборот, происходили из самых высших слоев общества. Именно верхушка общества страстно устремлялась на этот путь, ибо он открывал не только возможности для религиозного созерцания и размышлений, но и обширное поле для развития ума и интеллектуальной деятельности. Однако одной из великих заслуг религиозных орденов, непростительно забытых неблагодарными потомками, является раскорчевывание земель, восстановление сельского хозяйства, брошенного с момента завоевания варваров в руки поселенцев или униженных сервов.

В конце прошлого века никто так и не упомянул, что эти обширные и богатые владения, принадлежавшие монахам, были тогда бесплодными пустынями, дикими лесами или непроходимыми болотами, которые благодаря их усилиям стали плодородными землями. Конечно, после освобождения третьего сословия существование монастырей уже не было столь же полезным, как в Х-ХII вв.; однако если низшие слои общества кому и обязаны своим нынешним благосостоянием и, как следствие, свободой, так это таким религиозным общинам, как Клюни и Сито. В наши дни мы, наконец, признали усилия бенедиктинцев, и серьезные представители власти скрупулезно перечислили их многочисленные заслуги в развитии сельского хозяйства; повсюду, где Клюни и Сито создавали поселения, земли становились плодородными, зловонные болота превращались в зеленеющие луга, леса расчищались, а на бесплодных ранее склонах начинали расти виноградники.

Всем известно, что лучшая древесина, самые обильные урожаи и наиболее ценные вина и сегодня производятся именно на землях, некогда принадлежавших монахам. Как только в пустынном месте строились молельня и кельи бенедиктинцев, как поблизости появлялись сельские хижины, а по мере роста и прибавления богатств религиозной общины маленький хутор превращался в деревню, затем в небольшой городок и, наконец, в настоящий город. Такова история появления Клюни, Паре-ле-Моньяль, Марсиньи ле Нонэн, Шарлье, Везде, Клерво, Понтиньи, Фонтене, Моримон и др. В городах собирались ремесленники, которых обучали монахи; кожевники, ткачи, суконщики, дубильщики за плату поставляли аббатствам плоды трудов своих, не опасаясь безработицы, этой беды наших современных промышленных городов; их дети бесплатно воспитывались при монастырях, немощных и стариков лечили в удобно расположенных и прочно выстроенных гостеприимных домах; часто при монастырях строились мастерские по добыче и обработке металлов, тогда в округе селились кузнецы, жестянщики, золотых и серебряных дел мастера; а если выдавался голодный год или война опустошала окрестные деревни, хлебные амбары аббатства были открыты для всех, кто остался без куска хлеба; в те времена милосердие не было таким безликим и холодным, как в современных подобных заведениях, оно сопровождало любой дар словами утешения, было зримым и ощутимым, и служители церкви были его воплощением.

Они не только давали лекарство, но и собственноручно прикладывали его к ране, дожидаясь выздоровления, они хорошо знали самого больного, его семью и происхождение, они оказывали поддержку и сопровождали каждого до самой смерти. Крестьяне, принадлежавшие аббатствам, были так же прикреплены к земле, как и те, кто принадлежал светским сеньорам, однако им и в голову не приходило пожаловаться на свое зависимое положение, сходное, говоря политическим языком, с рабством; напротив, они видели в нем источник защиты и помощи для самих себя и своих детей. Мы видели, как было обустроено монастырское поместье в IX веке, в XI веке по такому же принципу обустраивались уже большие территории, а иногда даже и целые города.