Архитектурно-функциональные решения

Цистерцианские монастыри

Цистерцианские монастыри
Оценить статью

272_15c079В самом конце XI века три монаха из Молема, святой Роберт, святой Альберик и святой Стефан, после того как предприняли попытку восстановить собственное аббатство, находившееся в глубоком упадке, пришли вместе с четырьмя другими братьями в Лион, чтобы обратиться к главному легату, архиепископу Гуго, с просьбой разрешить им основать монастырь, где со всей строгостью будет соблюдаться устав Св. Бенедикта; архиепископ похвалил их рвение, но посоветовал взяться за это начинание с большим количеством братьев. Действительно, к этим троим вскоре присоединились еще четырнадцать монахов, и с благословения Гуго, они все вместе покинули Молем и обосновались в лесу, в местечке Сито, принадлежавшем епархии Шалон. Это было одно из безлюдных мест, которыми в те времена изобиловала Галлия.

Виконт де Бон пожаловал им эту пустынь. Небольшая община взялась за работу и вскоре возвела несколько зданий, которые упоминаются в цистерцианских хрониках как деревянный монастырь. Места, где они поселились, были влажными и болотистыми; первая молельня была построена примерно за год, в течение 1098-1099 гг., и представляла собой скромную капеллу.

Поначалу община из 21 монаха не имела собственного уложения или особых правил, они во всем следовали уставу Св. Бенедикта, и лишь немногим позднее святой Альберик составил устав Сито. «Эти новые отшельники должны были жить только плодами трудов своих, — говорится в летописях цистерцианского ордена, — и при этом не забывать своих монашеских обязанностей». Сам святой Петр Клюнийский называл жизнь этих монахов не просто трудной, но даже невозможной для человеческих сил. «Возможно ли, — восклицал он, — чтобы эти отшельники, изнуренные усталостью и работой, питаясь одними травами и овощами, не заботившиеся о поддержании телесных сил и порой едва поддерживавшие в себе само дыхание жизни, смогли совершить работы, которые показались бы чрезмерно сложными и тяжелыми даже самым крепким сельским жителям, и работать не покладая рук в палящий зной и под проливными дождями, в зимний мороз и снегопад?..

Если порой они принимали к себе братьев-послушников, то лишь для того, чтобы самим не выходить за ограду обители и иметь помощников для поручений вне стен монастыря». Святой Роберт и его собратья, основывая Сито, уже понимали, какой добычей для светских властей может оказаться устав Св. Бенедикта, породивший богатое и могущественное аббатство Клюни, а потому неизменно отвергали любые дары, даже если те могли облегчить их тяжелый труд, но ущемить их независимость; они оставляли себе только самые неплодородные земли, которые едва могли прокормить их, чтобы ни в чем не быть никому обязанными, ибо «именно этого, — как пишет вышеупомянутая хроника, — они опасались более всего на свете». Тем не менее, Эд, герцог Бургундский, выстроил свой замок неподалеку от этих мест, чтобы иметь возможность быть ближе и помогать монахам, как он делал это еще во время строительства деревянной молельни, а вскоре и его сын Генрих, желая разделить их труды, принял монашество.

Однако Сито по-настоящему окреп и вырос, только когда туда пришли святой Бернар и его соратники; именно тогда это аббатство превратилось в серьезную силу, подобную той, которую представляло собой Клюни веком ранее. Из обители, состоявшей поначалу из 21 монаха, которые выстроили себе несколько деревянных хижин и обрабатывали несколько клочков земли, 25 лет спустя вышли более 16000 цистерцианских монахов, разошедшихся в разные концы, от Тибра до Волги, от Мансанареса до Балтийского моря.

Этих монахов наперебой будут зазывать к себе богатые сеньоры, чтобы раскорчевывать необработанные земли, обустраивать мастерские, выращивать скот, осушать болота, и они окажут неоценимые услуги папе — своим единством, проповедями своего знаменитого главы, а королю и народу — восстановлением сельского хозяйства, ибо среди них, надев простые одежды, за плугом пойдут и богатые вельможи, и бедные крестьяне. Тысячи людей вместо военного ремесла станут трудиться, дабы наполнить зерном восемь или десять тысяч хлебных амбаров Сито.

Но не только в этом будут заключаться их труды, бессмертный предводитель Сито станет вдохновителем Второго крестового похода; цистерцианцы остановят нашествие мавров в Испании, создав рыцарские ордены Калатрава, Алькантра, Монтеза. Тамплиеры будут просить святого Бернара создать устав для своего ордена. Еще в большей степени, чем Клюни, Сито станет помогать беднякам, и это будет не просто милостыня, но труды на их благо; и эта помощь из простых и суровых по виду монастырей, которая ежедневно выражалась в выполнении монахами самых тяжелых работ, была тем более ценной, что происходила не от излишеств, но от готовности поделиться самым насущным.

Цистерцианские монастыри строились не на возвышенностях, но в болотистых равнинах на берегах рек, там, где земледелие могло удобрить почву, превратив бесплодные болота в зеленеющие луга, орошаемые реками, там, где вода могла стать движущей силой для мастерских, мельниц, маслобоен, лесопилок и т. д.