Архитектурно-функциональные решения

Объединение монастырей

Объединение монастырей
Оценить статью

89Необходимость данной реформы была обусловлена тем, что с течением времени устав Св. Бенедикта постепенно искажался практикующими его настоятелями и монахами. Так, во время набегов норманнов дисциплина была потеряна из-за всеобщей смуты, аббатства превратились в крепости, населенные в большей степени военными, нежели монахами, сами аббаты принимали на себя командование светскими войсками, а монахи были вынуждены сменить рясу на доспехи. И хотя после клюнийской и цистерцианской реформы настоятели монастырей более не принимали участия в вооруженных распрях светских сеньоров, они по-прежнему участвовали в свершении земных дел, правители обращались к ним за помощью не только, когда речь шла о реформировании монастырей, но и призывали их в качестве советников, министров, послов.

Потребность объединения монастырей ощущалась еще до возникновения клюнийских и цистерцианских конгрегации. Так, в 842 г. Эброин, настоятель аббатства Сен-Жермен-де-Пре, объединился с монахами из монастыря Сен-Реми в Реймсе. А незадолго до того аналогичную попытку предприняли клирики из аббатства Сен-Дени.

Объединяясь подобным образом, монастыри приносили друг другу зарок взаимной дружбы и поддержки, как в здравии, так и в болезни, а также обязуясь возносить молитвы после смерти каждого монаха обоих монастырей. Однако только благодаря усилиям святых Одона и Майоля, настоятелей аббатства Клюни, устав Святого Бенедикта был реформирован и возрожден заново, что сделало жизнь людей более упорядоченной и разумной и более двух веков оказывало колоссальное влияние на развитие почти всей Западной Европы, ибо Клюни — это истинная колыбель современной цивилизации и культуры. Майоль был настоятелем Клюни в течение сорока лет до 994 г. В хронике говорится, будто книгу монашеского устава аббату принес ангел.

Майоль был другом и доверенным лицом Оттона Великого, а его сын Отгон II даже предлагал настоятелю папскую тиару в благодарность за участие в его примирении с матерью, Святой Аделаидой, однако тот отказался, объяснив, что «в отличие от римлян, принадлежит иным нравам и другой стране». В период его правления устав Клюни был принят многими монастырями, среди которых Пайерн в Лозаннской епархии, ин Классе в Равенне; Сан-Джованни Еванджелиста в Парме; Сан Пьетро Ин Чель д’Оро в Павии; древний монастырь в Лерене в Провансе; Сен-Пьер в Оверни; Мармутье, Сен-Мор-ле-Фоссе и Сен-Жермен в Осерре, Сен-Бенинь в Дижоне, Сент-Аман, Сен-Мар-сель-ле-Шалон.

Святой Одилон, которого Майоль указал как своего преемника, был утвержден в качестве настоятеля 177 монахами Клюни. Он продолжал распространение клюнийской дисциплины и присоединил к конгрегации монастыри Сен-Жан д’Анжели, Сен-Флур, монастыри в Тьерне, в Талу и, Сен-Виктор в Женеве, в Фарфа в Италии; именно он участвовал в реформировании аббатства Сен-Дени во Франции, выполняя просьбу Гуго Капета, обращенную в свое время еще к Майолю.

Казимир, сын польского короля Мечислава II, изгнанный из королевства после смерти своего отца, служил, еще при Майоле, дьяконом в Клюни; в 1041 г. его призвали обратно в Польшу, где, по благословению папы, он был освобожден от обета, сочетался браком и стал королем, но в память о своем монашеском послушании учредил и взял на свое обеспечение несколько монастырей в Польше, куда пригласил монахов из Клюни. Говорят даже, что его подданные, дабы сохранить воспоминание об этом событии, стригли волосы «в кружок» наподобие монашеской тонзуры. Святой Одилон поддерживал почтительные и дружеские отношения с папами Сильвестром II, Бенедиктом VIII, Бенедиктом IX, Иоанном XVIII, Иоанном XIX и Клементом И, императорами Оттоном III, Генрихом Святым, Конрадом Салическим, Генрихом Черным; со Святой императрицей Аделаидой, Гуго Капетом и Робертом, королями Франции, правителями Испании — Санчо, Рамиром и Гарсиасом, святым Стефаном Венгерским, Гийомом Великим, графом Пуатье.

Именно он учредил так называемое Божье перемирие и День поминовения усопших. Он возвел в Клюни великолепный монастырь, украшенный колоннами из мрамора, который он доставил по рекам Дюрансу и Роне.

«Я пришел в аббатство, выстроенное из дерева, и я оставляю его отделанным мрамором». Однако вскоре все возрастающее влияние Клюни обеспокоило епископат: епископ Макона, видя, как увеличиваются территории, численность и авторитет монахов Клюни, захотел включить аббатство в свою юрисдикцию.

Во исполнение воли светского учредителя монастыря папы поочередно выдавали его настоятелям формальные папские грамоты о непосредственном подчинении Святому престолу и даже угрожали отлучением от церкви любому епископу, который посягнул бы на дарованную Клюни неприкосновенность. «Епископы не могли попасть в аббатство, посетить его, исполнить свои функции без специального приглашения самого аббата. Они должны были отлучить от церкви любого, кто причинит беспокойство монахам в их владениях, посягнет на их свободу; и наоборот, если бы они захотели наложить интердикт на кого-либо из священников, мирян, слуг, поставщиков, земледельцев, на кого-либо из тех, кто жил во владениях аббатства и был необходим для физической или духовной жизни монахов, подобный запрет не имел бы ни малейшей силы над ними.