Эпоха возрождения

Аррасские ковры

Аррасские ковры
Оценить статью

418752_originalОсобой роскошью были аррасские ковры. Ими украшали не только интерьеры, но и фасады зданий, что было одним из признаков «великолепия». Тканые декорации могли меняться или варьироваться в соответствии с событиями.

Кроме того, гербы и девизы часто вывешивали отдельно поверх шпалер, размещали по бордюру тканых композиций или в их центре. Разнообразные комбинации геральдического декора — штандарты, щиты, оружие, знаки отличия, военные трофеи — были важными элементами убранства парадного зала. Помимо геральдических мотивов, в его декоре часто использовались мотивы райского сада, крытого павильона или беседки, что напоминало о торжественных событиях и пирах, которые по древней традиции проходили на открытом воздухе в специально построенных временных павильонах.

Такие павильоны с накрывающим их тентом, что восходило к античной традиции, обычно нарядно украшали гирляндами и фестонами из зелени. Гирляндами, изготовленными из цветов, листьев и плодов, украшали и парадный зал. В павильонах для пиров и парадных залах устанавливали креденцы — невысокие шкафы с резьбой или росписью. Их ярусы украшали посудой из золота и серебра с вставками из эмали, смальты и драгоценных камней.

Дорогая посуда, выполненная лучшими золотых дел мастерами, высоко ценилась и не применялась по назначению, а была символом «великолепия» и богатства хозяина. Креденца, а порой и не одна, была главной достопримечательностью парадного зала и должна была вызывать восторг у гостей и чувство гордости у хозяина. Среди немногих сохранившихся помещений парадных дворцовых апартаментов особое место занимает Зал месяцев в палаццо Скифанойя в Ферраре, крупном княжеском центре, пережившем блистательный расцвет в период правления Борсо д’Эсте (1450-1470 гг.). Палаццо Скифанойа был построен специально для отдыха и развлечений еще в конце XIV в. Последние реставрации открыли частично сохранившиеся росписи одного из парадных залов дворца с изображением рыцарских сражений, которые датируют концом.

Однако громкую славу как один из самых нарядных и удобных для отдыха дворцов он приобрел при Борсо д’Эсте, когда дворец был значительно расширен за счет пристройки к старому палаццо нового крыла. Стены просторного светлого Зала месяцев украшены тремя рядами фресок, расчлененных иллюзорными коринфскими пилястрами, поставленными на расписанный под мрамор и украшенный рельефом цоколь. Знаменитый фресковый цикл посвящен «трудам и дням» герцога и его двора.

Росписи напоминают красочные гобелены, тремя сплошными полосами заполняющие стены между иллюзорными пилястрами. На широком верхнем ярусе изображены триумфы античных богов, управляющих течением времени и природными циклами.

На более узком среднем ярусе расположены аллегории зодиакальных созвездий и декад месяцев, олицетворяющие круговорот времени. А на уровне человеческого роста изображена земная жизнь, которая вовлекает в свое течение самого герцога, членов его семьи и многочисленных придворных.

Многолюдные и многокрасочные сцены придворной жизни даны на фоне пейзажей, среди дворцовых апартаментов, под арками лоджий и на улицах Феррары, легко узнаваемых по деталям архитектуры. Перед глазами зрителей проходит череда праздников, турниров, состязаний, придворных церемоний и приемов, сцены охоты соседствуют с картинами сельского труда. Столь развернутый живописный цикл преследовал вполне понятные риторические цели: герцог Борсо д’ Эсте представал перед гостями не только как радушный хозяин, но и как мудрый правитель, храбрый воин и добрый семьянин.

Как и в других палаццо того времени, навесной потолок выполнен из резного расписанного дерева в форме перспективных прямоугольных кессон.