Византия

Интерьер Айя-Софии

Интерьер Айя-Софии
Оценить статью

49Великолепный интерьер Айя-Софии, образуемый комбинацией многочисленных пространственных объемов (полуцилиндров, полусфер, призм и др.), представляет собой сложный и гармоничный архитектурный организм со своей ясно читаемой композиционной концепцией, соответствующей культовому сценарию храма и идее высшего потустороннего совершенства. В соответствии с этим сценарием купол, олицетворявший небесный свод, должен был казаться парящим в воздухе, а все архитектурные массы быть максимально дематериализованными (масса наделялась отрицательной ценностью). В римском Пантеоне купол, также символизирующий небо, является простой массивной полусферой, тяжесть которой наглядно воспринимается за счет трехмерной пластики его кессонов и нижнего барабана стен, на котором купол лежит. В Софийском соборе купол, вознесенный пандативами на 40-метровую высоту (в два раза больше, чем в Пантеоне), кажется едва касающимся взлетающих вверх арок.

В своем основании купол прорезан венцом из сорока довольно крупных окон (1,5х 4,6 м), узкие промежутки между которыми, воспринимаемые контражуром из-за слепящего света окон, кажутся растворяющимися в воздухе. Световые потоки из многочисленных окон нарастают в интерьере от периферии к центру, достигая своей кульминации в подкупольном пространстве. Общая идея дематериализации подчеркивается также золотой смальтой, которая покрывает купол и все сводчатые поверхности интерьера.

Сильнейшее, захватывающее дух и заставляющее зрителей забыть об используемых архитектурно-художественных средствах эмоциональное воздействие интерьеров Св. Софии основывается не только на грандиозности ее подкупольного пространства, но также на сложной и пластично моделированной взаимосвязи ее отдельных пространственных зон, воспринимаемых в «четвертом измерении» — времени. При движении вдоль боковых нефов перед зрителем развертывается череда сменяющих друг друга многоплановых видов на соседние пространства и на уходящее ввысь пространство центрального нефа.

Богатство разнообразных архитектурных членений и линий (арки, колонны, ребра сводов), пересекающихся в зрительном «кадре», придает интерьеру динамичность и экспрессию, которые сменяются пафосом грандиозности при выходе из-под арок боковых нефов в центральное подкупольное пространство. Огромные сами по себе боковые нефы кажутся ничтожно малыми по сравнению с этим колоссальным пространством, которое формируется не столько стенами, сколько примыкающими меньшими пространствами и сложной пластикой поверхности сводов, развертывающейся перед посетителем.

Сами стены, расположенные ниже пят подпружных арок купола, практически отсутствуют, заменяясь двухъярусной аркадой на колоннах. Цельные стволы колонн опираются на сложно профилированную базу и имеют соответствующие сечению арок мощные капители с плоской мраморной резьбой, форма которых отталкивалась от античного коринфского ордера. Несмотря на свой гигантский характер, внутреннее пространство собора не подавляет зрителя благодаря сомасштабным человеку деталям, дающим ощущение истинного размера постройки — колоннам, капителям, аркам, ограждению эмпор.

Впечатление легкости архитектурных форм интерьера храма усиливалось также красочной роскошью их отделки. Все вертикальные внутренние поверхности Софии облицованы цветным полированным мрамором различных холодных и теплых оттенков, градация которых подобрана очень тонко. В отделке сводчатых поверхностей использована смальтовая мозаика с различными изображениями на золотом фоне, сменившем синий цвет раннехристианских росписей.

Криволинейность этих поверхностей обусловила неровное сияние смальты (некоторые ее участки ярко вспыхивают золотым блеском, другие гаснут в полумраке). Удивительному впечатлению бестелесного великолепия способствовали также особенности ранневизантийской мозаичной кладки: отдельные кусочки смальты выкладывались нарочито неровно, под разным углом к архитектурным поверхностям, создавая эффект ускользающего дематериализованного мерцания.